Исследователи заметно замедлили гибель нервной ткани у мышей с тау-патологией, перекрыв иммунным клеткам доступ в мозг. Сам патологический белок остался на месте — его не удаляли. Мыши сохранили примерно на 40% больше ткани в областях, отвечающих за память, и лучше справлялись с тестами на запоминание.

Ключевым наблюдением стало то, что количество тау-клубков почти не изменилось. Белок продолжал накапливаться в нейронах, но повреждение ткани оказалось значительно меньше. Это указывает на то, что нервные клетки разрушаются не только из-за самого тау, но и из-за иммунной реакции, которая сопровождает его скопление.

Учёные сосредоточились на системе CXCL10 и CXCR3. CXCL10 действует как химический сигнал, привлекающий активированные Т-лимфоциты, а рецептор CXCR3 позволяет этим клеткам распознавать сигнал. Во время воспаления этот механизм направляет иммунные клетки к повреждённым участкам.

Сначала исследователи проверили роль механизма на мышах, у которых отсутствовали CXCL10 или CXCR3. Даже при искусственно вызванном воспалении Т-лимфоциты почти не проникали в мозг. Затем они перешли к мышам с накоплением патологического тау на ранней стадии и начали вводить антитело, блокирующее CXCR3.

Препарат вводили каждые пять дней на протяжении трёх с половиной месяцев. По окончании эксперимента мозг леченых животных содержал примерно вдвое меньше Т-лимфоцитов, чем у контрольной группы. Нервная ткань лучше сохранилась, признаков повреждения нейронов стало меньше, некоторые тесты памяти показали улучшение.

При анализе тау-клубков выявилась важная закономерность: их количество практически не различалось между леченными и контрольными животными. В этой модели разрушение нервной ткани вызывает не только сама тау-патология, но и реакция иммунной системы на изменения в мозге.

Антитело показало ещё одно интересное свойство: оно слабо проникало в глубину мозга и работало в основном на его границах. Для разработки лекарств это важный результат, так как гематоэнцефалический барьер серьёзно затрудняет доставку препаратов в нервную ткань.

После блокировки CXCR3 в мозге снизилось количество активированных CD4+ и CD8+ Т-лимфоцитов, ослабли некоторые признаки активности микроглии. Иммунную реакцию не отключили полностью — воздействие затронуло только путь, по которому определённые иммунные клетки попадают в поражённые области.

Применение у людей — дело далёкого будущего. Эксперимент проводился на мышах, поэтому остаётся выяснить, действует ли этот механизм у человека и насколько безопасна длительная блокировка CXCR3. Работа демонстрирует новый подход к тауопатиям: нейроны можно защищать не только удалением патологического белка, но и снижением иммунной реакции, которая сопровождает его накопление.