Польская государственная энергетическая группа Orlen перевела $230 млн авансом за венесуэльскую нефть. Деньги прошли через USDT, дубайские компании и встречи в Каракасе, где цифровые ключи к криптовалютным кошелькам передавали на USB-флешках. Из заказанных 6 млн баррелей компания получила лишь небольшую партию другого нефтепродукта. История завершилась уголовным делом и одним из крупнейших скандалов в современной Польше.
Сделка началась в ноябре 2023 года на яхте во время Гран-при Формулы-1 в Абу-Даби. Самер Авад из Orlen Trading Switzerland встретился с Кам Хо «Алексом» Цзе, основателем дубайской компании Hannon International. 29 ноября они подписали контракт на 6 млн баррелей нефти Merey 16 стоимостью $345 млн. Orlen рассчитывала заработать $25–30 млн и через пять дней перевела две трети суммы — $230 млн. Аванс не обеспечивался никакой гарантией или залогом.
Время выглядело удачным. За месяц до этого США на шесть месяцев разрешили операции с венесуэльским нефтегазовым сектором, включая сделки с государственной PDVSA. Однако длительные санкции вытеснили венесуэльскую торговлю из обычной банковской системы. Вместо долларов использовали USDT — стейблкоин компании Tether.
Получив $230 млн, Hannon начала одновременно искать нефть и конвертировать доллары в USDT. По версии компании, дубайская фирма предоставила ей 80 млн USDT за комиссию около $400 тыс. Затем Hannon перечислила $135 млн компании Horizon Global и получила лишь 85 млн USDT взамен — пропало $50 млн. Ещё $30 млн отправили Gold Mar International Trading якобы для конвертации и расчётов с PDVSA, но деньги до венесуэльской компании не дошли.
К января 2024 года ситуация приобрела сюрреалистические черты. Три огромных танкера, зафрахтованных Orlen, неделями ждали загрузки у венесуэльского терминала José. Представители Hannon приехали в Каракас с бронированным автомобилем и охраной, передавая доступ к десяткам миллионов в USDT при личных встречах.
Криптовалютные токены физически на флешке не лежат — записи существуют в блокчейне. На USB-носителе хранят закрытые ключи, позволяющие управлять кошельком. Передача такой флешки фактически означает передачу контроля над средствами по соответствующему адресу.
С января по март представители Hannon передали двум венесуэльским посредникам ключи от кошельков примерно со $132 млн в USDT. Посредники обещали загрузку нефти и показывали документы, выглядевшие как графики PDVSA. Танкеры должны были получить три партии по 1,9 млн баррелей каждая, но поставки не состоялись, а некоторые участники цепочки перестали выходить на связь.
Orlen и Hannon попытались спасти часть сделки дополнительной закупкой 1 млн баррелей. В итоге в марте один танкер получил около половины согласованного объёма мазута стоимостью примерно $29 млн. Основная партия Merey 16 так и не пришла к покупателю.
Пока посредники искали нефть, пустые суда продолжали приносить убытки. Расходы на фрахт и простой танкеров оценивались в десятки миллионов, совокупно около $72 млн. 28 марта Orlen Trading Switzerland расторгла контракт с Hannon.
Масштаб ущерба зависит от того, какую часть считать. $230 млн — это непосредственный аванс по первоначальному контракту. В апреле 2024 года Orlen списала 1,6 млрд злотых по авансам за нефтепродукты, которые Orlen Trading Switzerland не получила. Расследование оценивает совокупные потери венесуэльских операций как минимум в $424 млн, включая дополнительные расходы.
В августе 2026 года варшавская прокуратура передала в суд обвинительное заключение против трёх бывших руководителей Orlen и Orlen Trading Switzerland. Следствие считает, что три невыгодных нефтяных контракта, заключённые с августа по декабрь 2023 года, причинили компаниям ущерб на $378 млн. Обвиняемые пока не признаны виновными.
Отдельное производство идёт в отношении Самера Авада. Польские власти добиваются его экстрадиции из ОАЭ. Авад и другие бывшие руководители отвергают обвинения, Hannon утверждает, что сама потеряла деньги из-за последующих посредников.
Orlen пытается вернуть $230 млн через арбитраж. История показывает редкое сочетание рисков: огромный необеспеченный аванс, контрагент с короткой историей, длинная цепочка неизвестных посредников, расчёты вне обычной банковской системы и передача десятков миллионов в криптовалюте практически из рук в руки. USDT оказался не причиной потерь, а инструментом, который позволил быстро перемещать огромные суммы необычным для нефтяной торговли способом. Главный вопрос следствия — почему внутри крупной государственной группы такая схема получила одобрение.
