Новые публикации о ДНК Туринской плащаницы не принесли генетического подтверждения её связи с Иисусом Христом. Исследование образцов, собранных с ткани в 1978 году, обнаружило обратное: самый явный человеческий генетический след в трёх образцах практически совпал с ДНК Пьерлуиджи Байма Боллоне, который собирал эти образцы. Авторы видят в этом признак современного загрязнения, а не следы человека двухтысячелетней давности.

Учёные проанализировали 12 сохранившихся образцов из коллекции 1978 года: льняные волокна, пыль из пылесоса и микроскопические биологические фрагменты. Из семи образцов извлекли последовательности человеческой ДНК, пригодные для анализа. В трёх случаях доля совпадений с человеческим геномом превысила 10%, но дальнейшая проверка выявила явные следы современного загрязнения.

Во всех трёх информативных образцах доминировала одна линия митохондриальной ДНК — K1a1b1a. Этот же вариант обнаружили в геноме Боллоне. Анализ по расширенному набору генетических маркеров показал, что ДНК из образцов могла принадлежать самому Боллоне либо его близкому родственнику первой степени.

Короткие фрагменты ДНК первоначально наводили на мысль о древнем материале. Однако характер повреждений это не подтвердил. Более 98% последовательностей не несли следов посмертной деградации, которая типична для надёжно установленной древней ДНК. Лишь малая доля фрагментов прошла более строгие критерии, и авторы не смогли связать их с конкретным человеком или временем.

На ткани нашли и другие линии митохондриальной ДНК, в том числе H1b и редкую H33, распространённую на Ближнем Востоке. Но сама по себе география не говорит о происхождении плащаницы. За столетия к ней прикасались сотни людей, поэтому один ближневосточный генетический вариант не может служить доказательством связи с Иудеей I века.

Анализ белков и микроорганизмов показал ту же картину. Исследователи нашли много кератинов и других следов человеческой кожи, но не обнаружили древних белков, которые можно было бы уверенно отнести к первоначальному контакту ткани с телом. В образцах присутствовали бактерии кожи, плесень, ДНК культурных растений и домашних животных — пшеница, морковь, кукуруза, банан, арахис, крупный рогатый скот, свиньи, собаки и кошки. Этот набор хорошо иллюстрирует, насколько материал впитал загрязнения за столетия хранения и исследований.

Генетический анализ не позволяет установить, кому принадлежала плащаница и находилось ли в ней тело две тысячи лет назад. Авторы по сути получили портрет многолетних контактов полотна с людьми и окружающей средой, где самый убедительный человеческий профиль связан с современным собирателем образцов.

Возраст самой ткани — отдельный вопрос. Радиоуглеродное датирование 1989 года определило лён периодом 1260–1390 годов с вероятностью 95%. Сторонники более древнего происхождения плащаницы десятилетиями оспаривали результат, предполагая, что для анализа взяли участок позднего ремонта. Однако проверка фрагментов, использованных при радиоуглеродном анализе, не выявила различий от основной ткани и не подтвердила версию о поздней заплате.